увидишь…не везде услышишь…

Один из главных героев романа Иванова Анатолия Степановича «Вечный зов» ещё в 70х годах предсказал о том, что ожидает СССР, Россию и русский народ через несколько десятилетий и каким способом будет происходить развал нашего наследия. Нас предупреждали, но мы не хотели слышать. Действие монолога Лахновского происходит во время Великой Отечественной Войны»:

«Мы? Кто мы? Вы на­зы­ва­е­те нас до сих пор троц­ки­с­та­ми. Это гроз­ная си­ла. Вы мно­го бол­та­е­те о троц­киз­ме, но не зна­е­те… не пред­став­ля­е­те, ка­кая эта си­ла… И ка­кое воз­мез­дие ждёт Рос­сию! Но ваш про­кля­тый фа­на­тизм одо­лел и эту си­лу. Это вам, всей Рос­сии, всей ва­шей стра­не, ни­ког­да не про­стит­ся! Борь­ба да­ле­ко не за­кон­чи­лась! На­ших лю­дей ещё мно­го в Рос­сии. А за её пре­де­лом ещё боль­ше. Вы не пред­став­ля­е­те, ка­ки­ми мы рас­по­ла­га­ем си­ла­ми, ка­кой мо­щью… Толь­ко дей­ст­во­вать бу­дем те­перь не спе­ша. С даль­ним и вер­ным при­це­лом… по­сле вой­ны мы пой­дём дру­гим пу­тём. Бу­дем вы­ры­вать эти ду­хов­ные кор­ни боль­ше­виз­ма, опо­ш­лять и унич­то­жать глав­ные ос­но­вы на­род­ной нрав­ст­вен­но­с­ти. Мы бу­дем рас­ша­ты­вать, та­ким об­ра­зом, по­ко­ле­ние за по­ко­ле­ни­ем, вы­ве­т­ри­вать этот ле­нин­ский фа­на­тизм. Мы бу­дем брать­ся за де­тей с дет­ских, юно­ше­с­ких лет, бу­дем все­гда глав­ную став­ку де­лать на мо­ло­дёжь, ста­нем раз­ла­гать, рас­тле­вать, раз­вра­щать её!»…

Каким способом они собираются воплотить это? «Га­зе­ты, жур­на­лы, ра­дио, ки­но… всё это у боль­ше­ви­ков, ко­неч­но, есть. А у нас ещё боль­ше. Вся прес­са ос­таль­но­го ми­ра, все иде­о­ло­ги­че­с­кие сред­ст­ва прак­ти­че­с­ки в на­шем рас­по­ря­же­нии. Мы бро­сим всё, что име­ем, чем рас­по­ла­га­ем, всё зо­ло­то, всю ма­те­ри­аль­ную мощь на обол­ва­ни­ва­ние и одур­ма­ни­ва­ние лю­дей. Че­ло­ве­че­с­кий мозг, со­зна­ние лю­дей спо­соб­ны к из­ме­не­нию. По­се­яв в моз­гах ха­ос, мы не­за­мет­но под­ме­ним их цен­но­с­ти на фаль­ши­вые и за­ста­вим их в эти цен­но­с­ти по­ве­рить! Мы най­дём сво­их еди­но­мы­ш­лен­ни­ков, со­юз­ни­ков… сво­их и по­мощ­ни­ков в са­мой Рос­сии. Мы их вос­пи­та­ем! Мы их на­де­ла­ем столь­ко, сколь­ко угод­но, сколь­ко нам по­на­до­бит­ся. И вот тог­да, вот по­том… со всех сто­рон – сна­ру­жи и из­ну­т­ри – мы при­сту­пим к раз­ло­же­нию. Мы как чер­ви разъ­е­дим этот мо­но­лит, про­ды­ря­вим его. Об­щи­ми си­ла­ми мы низ­ве­дём все ва­ши ис­то­ри­че­с­кие ав­то­ри­те­ты, ва­ших фи­ло­со­фов, учё­ных, пи­са­те­лей, ху­дож­ни­ков, жур­на­ли­с­тов – всех ду­хов­ных и нрав­ст­вен­ных идо­лов, ко­то­ры­ми ког­да-то гор­дил­ся на­род, ко­то­рым по­кло­нял­ся до при­ми­ти­ва, как учил, как это умел де­лать Троц­кий… Ис­то­рию на­ро­да мы бу­дем трак­то­вать как без­ду­хов­ную, как цар­ст­во сплош­но­го мра­ко­бе­сия и ре­ак­ции. По­сте­пен­но, шаг за ша­гом мы вы­тра­вим ис­то­ри­че­с­кую па­мять у всех лю­дей. А с на­ро­дом, ли­шён­ным та­кой па­мя­ти, мож­но де­лать что угод­но. На­род, пе­ре­став­ший гор­дить­ся сво­им про­шлым, за­быв­ший про­шлое, не бу­дет по­ни­мать на­сто­я­ще­го. Он ста­нет рав­но­душ­ным ко все­му, оту­пе­ет и, в кон­це кон­цов, пре­вра­тит­ся в ста­до ско­тов. Что и тре­бу­ет­ся! Я при­от­крыл лишь уго­ло­чек за­на­ве­са, и ты уви­дел лишь кро­хот­ный ку­со­чек сце­ны, на ко­то­рой эпи­зод за эпи­зо­дом бу­дет ра­зы­г­ры­вать­ся гран­ди­оз­ная по сво­е­му мас­шта­бу тра­ге­дия о ги­бе­ли са­мо­го не­по­кор­но­го на зем­ле на­ро­да, об окон­ча­тель­ном, не­о­бра­ти­мом уга­са­ни­и его са­мо­со­зна­ния… Ко­неч­но, для это­го при­дёт­ся мно­го по­ра­бо­тать».

Ещё несколько выдержек:

«В этом веке нам уже не победить. Нынешнее поколение людей в России слишком фанатичное. До оголтелости. Войны обычно ослабляли любой народ, потому что, помимо физического истребления значительной части народа, вырывали его духовные корни, растаптывали и уничтожали самые главные основы его нравственности. Сжигая книги, уничтожая памятники истории, устраивая конюшни в музеях и храмах… Такую же цель преследует и Гитлер. Но слишком он многочислен, что ли, этот проклятый ваш советский народ… Или он какой-то особый и непонятный… И в результате войны он не слабеет, а становится сильнее, его фанатизм и вера в победу не уменьшаются, а все увеличиваются. Гитлер не может этого понять, а если бы понял, как-то попытался бы выйти из войны. Значит, он обречен, и его империя, его тысячелетний рейх, накануне краха… Значит, надо действовать нам другим путем. Помнишь, конечно, Ленин ваш сказал когда-то: мы пойдем другим путем. Читал я где-то или в кино слышал… Что ж, хорошая фраза. Вот и мы дальше пойдем другим путем. Будем вырывать эти духовные корни большевизма, опошлять и уничтожать главные основы народной нравственности. Мы будем расшатывать таким образом поколение за поколением, выветривать этот ленинский фанатизм. Мы будем браться за людей с детских, юношеских лет, будем всегда главную ставку делать на молодежь, станем разлагать, развращать, растлевать ее! — Сморщенные веки Лахновского быстро и часто задергались, глаза сделались круглыми, в них заплескался, заполыхал яростный огонь, он начал говорить все громче и громче, а под конец буквально закричал: — Да, развращать! Растлевать! Мы сделаем из них циников, пошляков, космополитов!

…Сейчас трудно все это представить… тебе. Потому что голова у тебя не тем заполнена, чем, скажем, у меня. О будущем ты не задумывался. Окончится война — все как-то утрясется, устроится. И мы бросим все, что имеем, чем располагаем… все золото, всю материальную мощь на оболванивание и одурачивание людей! Человеческий мозг, сознание людей способно к изменению. Посеяв там хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности поверить! Как, спрашиваешь? Как?!…

…Мы их воспитаем! Мы их наделаем столько, сколько надо! И вот тогда, вот потом… со всех сторон — снаружи и изнутри — мы и приступим к разложению… сейчас, конечно, монолитного, как любят повторять ваши правители, общества. Мы, как черви, разъедим этот монолит, продырявим его. Молчи! — взревел Лахновский, услышав не голос, а скрип стула под Полиповым. — И слушай! Общими силами мы низведем все ваши исторические авторитеты ваших философов, ученых, писателей, художников — всех духовных и нравственных идолов, которыми когда-то гордился народ, которым поклонялся,, до примитива…

…И когда таких, кому это безразлично, будет много, дело сделается быстро. Всю историю России, историю народа мы будем трактовать как бездуховную, как царство сплошного мракобесия и реакции. Постепенно, шаг за шагом, мы вытравим историческую память у всех людей. А с народом, лишенным такой памяти, можно делать что угодно. Народ, переставший гордиться прошлым, забывший прошлое, не будет понимать и настоящего. Он станет равнодушным ко всему, отупеет и в конце концов превратится в стадо скотов. Что и требуется! Что и требуется!»